Движение сорок сороков что это такое


Сорок сороков - Движение Сорок Сороков

Сорок Сороков – это общественное движение, состоящее из православных христиан, но открытое для всех, кто стремится защищать Отечество и традиционные духовно-нравственные ценности.

Движение объединяет людей разных профессий, социального статуса, которые объединились вокруг Нового Завета и стремятся быть православными не только на словах, но и на деле, беря пример с выдающихся героев нашей истории.

Две экспериментальные цивилизационные модели, которые искусственно прививали России в 20 веке, закончились скорбно для страны и народа. В конечном итоге мы получили идеологический, экономический, демографический крах, распад территории и унизительное положение на международной арене.

Времена атеистической власти прошли, но кризис сознания сохраняется: православие до сих пор считается чем-то периферийным для жизни страны.

В постсоветской России многие неправильно истолковали новое понятие «светское демократическое государство», понимая под этим атеистическую и антиклерикальную идеологию.

Они не учли, что в Российской Федерации, как «светском и демократическом государстве» есть очень большая социальная группа со своими ценностями и целеполаганием: православные христиане.

Наравне со всеми социальными группами в равном демократическом процессе православные готовы отстаивать своё видение модели будущего, которая основана на духовно-нравственных ценностях. Цивилизацию Бога, но не Золотого Тельца.

Глубинная причина национальных бедствий – разрыв союза с Богом, который был заключен нашим народом тысячелетие назад. Восстановление этого союза, возвращение Его заповедей в публичную жизнь позволит не только остановить самоуничтожение внутри страны, но также предложить всему миру проект будущего, в основе которого лежит идеал Богочеловека, который нам явил Христос.

Сегодня всему миру навязывается другой проект: трансгуманизм, который провозглашает человечество рабом греха. Вслед за ним последует постгуманизм, суть которого – радикальное преодоление человеческой природы при помощи высоких технологий.

Вместо Христа, взошедшего на Голгофу, чтобы спасти все человечество и последнего грешника, сильные мира сего ведут народы за своим князем, чья злонамеренная воля отчетливо видна невооруженным глазом в происходящих процессах дегуманизации населения планеты.

Мировым сообществом Россия воспринимается как последний оплот традиционных консервативных ценностей, в основе которых лежат евангельские заповеди.

Отдельно стоит сказать о самой большой проблеме. Мы считаем, что проблема фактического вымирания нашего народа — одна из главных угроз национальной безопасности страны.

Россию в следующем десятилетии ждет более глубокая, чем в 1990-х годах, демографическая яма. В ближайшие годы снизится число женщин репродуктивного возраста, в результате чего упадет и число новорожденных — не менее чем на 40 процентов от нынешнего уровня. При этом экономически активное население уже к 2025 году сократится на 10 миллионов человек.

По данным Института демографии, миграции и регионального развития, к 2030 году Россию ждёт углубление демографического кризиса. Так как к этому времени количество способных к рождению женщин снизится почти в 2 раза из-за ямы 90-х годов. Если за 20 лет в России не увеличится количество многодетных семей с 7 до 50 процентов, то к концу века цивилизация исчезнет вместе с её носителями.

В нынешних условиях коренное население страны вымирает, освобождая территории для демографических потоков нового «великого переселения народов» и новой колонизации транснациональными компаниями. Остановить вымирание народа и сохранить Россию как страну, государство и цивилизацию – вот новый вызов, фундаментальная историческая задача, которую необходимо осознать и решать.

Не вернувшись к православию, Россия вымрет.

По сути, вопрос уже стоит ребром: православие или смерть.

Движение Сорок Сороков (ДСС) организовано 1 июня 2013 года.

Создание движения стало ответной реакцией на информационную кампанию, направленную против Русской Православной Церкви, и на скандал с «Pussy Riot». В тот момент движение видело себя, прежде всего, защитниками нового храмового строительства в рамках программы «200 храмов», хотя и не ограничивалось этим. В частности, члены движения сопровождали Дары волхвов в Москве, Санкт-Петербурге, Волгограде и Киеве. Поездка в Киев состоялась в разгар Евромайдана, с 24 по 30 января 2014 года.

Инициаторами создания Движения выступили музыкант, общественный деятель, обладатель почетного знака «Родительская слава г. Москвы» Андрей Кормухин и мастер спорта международного класса по боксу, Чемпион России и Европы (по юниорам) Владимир Носов.

Цели, которые определили создатели Движения, предельно просты:

  • Защита Русской Православной Церкви.
  • Защита прав и свобод православных христиан.
  • Защита традиционных для большого Русского мира православных ценностей.

Были выбраны направления деятельности и создана повестка дня, которая стала привлекательной для пассионарной православной молодежи.

На первых порах Движение Сорок Сороков сосредоточилось на трех направлениях:

Помощь Русской Православной Церкви в реализации патриаршей программы «200 храмов» в г. Москве, а так же помощь православным общинам, по тем или иным причинам, не вошедшим в эту программу, но желающим построить Храм для своего прихода.

Пропаганда здорового образа жизни в рамках направления «Православие и спорт».

Разрушение мифов о православии, как «религии слабых», которая, якобы, себя идеологически исчерпала и кроме «бабушек в платочках, и экзальтированной части общества», никого не привлекает.

Сегодня Движение выросло и реализует большое количество направлений и проектов.

soroksorokov.ru

Сорок сороков - православное движение в Москве, основанное боксером Владимиром Носовым и Андреем Кормухиным

Русская пословица гласит: «Продли Бог веку на сорок сороков». В обиходе это выражение используется редко и считается устаревшим фразеологизмом. Но благодаря созданию одноименной общественной организации, которая существует уже на протяжении пяти лет, это выражение получило вторую жизнь.

Что значит фразеологизм Сорок сороков

Современные исследователи вкладывают разный смысл в это словосочетание. Одни из них считают, что это число, имеющее неопределенно большое значение, подобно словосочетанию «тьма тьмущая». Другие склонны понимать буквально «40 раз по 40», то есть число 1600. Третьи предполагают, что это нестандартная, неизвестно откуда появившаяся система счета сороками.

Некоторые исследователи склонны считать, что слово «сорок» обозначает церковную административно-территориальную единицу — «старо́ство», «церковное благочиние». Такое деление было учреждено указом Стоглавого собора Русской Православной Церкви в 1551 году.

Согласно ему, было образовано семь московских благочиний, которые образно назывались сорока́ми:

  • Кремлевское;
  • Сретенское;
  • Никитское;
  • Китайгородское;
  • Замоскворецкое;
  • Ивановское;
  • Пречистенское.

Каждый сорок имел главную церковь (приход), руководил которой поповский староста. В одно благочиние входило не менее сорока приходов. Другими словами, это выражение употребляли для обозначения количества храмов в Москве, несмотря на то, что такого количества церквей в Москве не было за всю ее историю, даже если считать не только храмы, но и престолы храмов.

Общественная православная организация не случайно выбрала себе такое название. По словам одного из создателей Движения, «изначальное значение этого словосочетания — множество, множество воинства Христова». Хотя большинство ассоциирует это название с количеством московских храмов.

Движение Сорок сороков

Для увеличения количества церквей в 2010 году был создан Фонд поддержки строительства храмов города Москвы. Программа «200 храмов» была задумана для обеспечения густонаселенных районов столицы храмами в шаговой доступности. Датой начала программы считается 29 апреля 2011 года.

Через два года родилось общественное православное движение «Сорок сороков», как ответная реакция на информационную кампанию по дискредитации Русской Православной Церкви (РПЦ) 2012 года, а также на скандал с «Pussy Riot». В этот момент движение видело себя, прежде всего, защитниками нового храмового строительства в рамках программы «200 храмов».

Цели и задачи

Движение «Сорок сороков» (ДСС) объединяет лиц православного вероисповедания с активной гражданской позицией.

Цели, которые определили создатели движения, предельно просты:

  1. Защита Русской Православной Церкви.
  2. Защита прав и свобод православных христиан.
  3. Защита традиционных для большого Русского мира православных ценностей.

Движение также направляет свою деятельность для привлечения пассионарной православной молодежи.

Основные задачи, которые ставит перед собой ДСС:

  1. Помощь Русской Православной Церкви в реализации патриаршей программы «200 храмов» в городе Москве, а также помощь православным общинам, по каким-либо причинам не вошедшим в эту программу, но желающим построить Храм для своего прихода.
  2. Пропаганда здорового образа жизни в рамках направления «Православие и спорт».
  3. Разрушение мифов о православии как «религии слабых», которая, якобы, себя идеологически исчерпала.

На сегодняшний день Движение выросло и реализует большое количество направлений и проектов.

Идеология организации

Лидеры движения убеждены, что на фоне идеологического, экономического и демографического краха происходит распад территории страны и унизительное положение на международной арене. Времена атеизма прошли, но кризис сознания сохраняется: православие до сих пор считается чем-то периферийным для жизни страны.

Православные христиане России — очень большая социальная группа, готовая отстаивать свое видение модели будущего (цивилизацию Бога), которая основана на духовно-нравственных ценностях. Основатели ДСС уверены, что Россия может существовать только как православная страна, ибо только православие должно быть фундаментом, объединяющим многие национальности и конфессии.

Идеологи организации «Сорок сороков» считают, что глубинной причиной национальных бедствий является разрыв союза с Богом, который был заключен нашим народом тысячелетие назад. Восстановление этого союза, возвращение Его заповедей в публичную жизнь позволит не только остановить самоуничтожение внутри страны, но также предложить всему миру проект будущего, в основе которого лежит идеал Богочеловека, который нам явил Христос.

Мировым сообществом Россия воспринимается как последний оплот традиционных консервативных ценностей, в основе которых лежат евангельские заповеди. Поэтому все христиане нашей страны должны стоять на защите православных ценностей и стремиться сохранить Россию такой, какой оставили ее наши предки, с ее тысячелетней историей и культурой.

По мнению лидеров ДСС, в следующем десятилетии наше государство ждет глубокая демографическая яма. В ближайшие годы снизится число женщин репродуктивного возраста, в результате чего упадет и число новорожденных (не менее чем на 40% от нынешнего уровня). При этом экономически активное население уже к 2025 году сократится на 10 миллионов человек. Если за 20 лет в России не увеличится количество многодетных семей с 7 до 50%, то к концу века цивилизация исчезнет вместе с ее носителями. Остановить вымирание народа и сохранить Россию как страну, государство, цивилизацию — вот фундаментальная задача, которую необходимо осознать и решить. Не вернувшись к православию, Россия вымрет. По сути, вопрос уже стоит ребром: православие или смерть.

История сообщества

«40 сороков» — это общественное движение, состоящее из православных христиан, но открытое для всех, кто стремится защищать Отечество и традиционные духовно-нравственные ценности. Оно объединяет людей разных профессий, социального статуса, которые объединились вокруг Нового Завета и стремятся быть православными не только на словах, но и на деле, беря пример с выдающихся героев нашей истории. Широкую известность движению принесли события в московском парке Торфянка и протесты против фильма «Матильда».

Организация и создание

Инициаторами создания движения выступили композитор Андрей Кормухин и боксер Владимир Носов.

Движение сперва называлось «Молот», но получило новое имя, когда его создатели нащупали свою «нишу» — охрану строительства церквей по программе «200 храмов».

По словам одного из инициаторов создания ДСС, Андрея Кормухина, «пришла пора православным христианам выйти наконец за ограду храма и встать на защиту своей веры. Люди пошли за нами, стали вливаться в движение и принимать активное участие в наших мероприятиях и акциях».

Кормухин утверждает, что деятельность ДСС стала их собственной инициативой. Охранять стройплощадки их просили отдельные настоятели храмов, однако в итоге силовую поддержку одобрили и в РПЦ.

По словам Кормухина, вступить в движение довольно сложно:

«Нужно долго себя показывать».

Принимают новых членов в движение коллегиально. Участники движения обязаны носить футболки определенных цветов и со специальными нашивками.

На сегодняшний день нет точной статистики вступивших в ряды ДСС. Андрей Кормухин утверждает, что в организации насчитывается несколько тысяч сторонников, а подписчиков «ВКонтакте» — более 22 тысяч человек.

Дальнейшая судьба

Уже через год после создания, летом 2014 года, выяснилась «востребованность» молодой организации, которая ощутила на себе массовый приток новых членов, состоящий в основном из верующих спортсменов.

До определенного момента основу движения составляли братья. Но время шло, и задачи, требующие в первую очередь мужского участия, стали чередоваться с задачами, которые больше подходят женщинам. Вскоре было принято решение открыть сестринское крыло организации.

Сестричество занимается следующими направлениями:

  • добровольчество;
  • благотворительность;
  • ярмарки;
  • мастер-классы;
  • работа с детскими домами, сиротами и другими социально незащищенными группами людей.

За пять лет существования ДСС при их непосредственном участии построены или находятся в стадии строительства 15 храмов города Москвы.

В феврале 2014-го активисты организовали «патриарший антимайдан» — акцию возле Храма Христа Спасителя в честь пятилетия интронизации Патриарха Кирилла (около четырех тысяч человек, взявшись за руки, ходили вокруг храма).

В ноябре 2014 года Патриарх Кирилл на встрече с православной молодежью назвал добровольцев, которые его окружают, «своей гвардией».

В феврале 2015-го Патриарх Кирилл лично поздравил Андрея Кормухина с днем рождения и попросил «крепить и умножать ряды движения».

В мае 2015 года сторонники движения напали на московский гей-парад.

В июне 2015-го сорвали пикет на Воробьевых горах против установки там памятника князю Владимиру.

В конце июня 2015 года бойцов «40 сороков» пригласили охранять строительные материалы для храма, возводящегося в столичном парке Торфянка. Однако к тому времени в парке уже начались протесты. Против строительства церкви выступили местные жители, которых поддержали оппозиционные партии. Именно во время событий в парке Торфянка стало ясно, что в движении состоит много футбольных фанатов. В руководстве пояснили, что в организации есть разные люди — «и футбольные фанаты, и нацисты, но мы этих проблемных ребят выдергиваем и через православие делаем другими людьми».

21 августа 2015 года депутат Госдумы от КПРФ Валерий Рашкин обратился в ФСБ с просьбой расследовать деятельность Движения и ликвидировать его.

«Данная организация активно взаимодействует с радикальными экстремистскими группировками, в том числе с радикальными группами футбольных фанатов. По сути, сама эта организация является радикальным формированием, занимающимся боевой подготовкой своих членов, многие из которых придерживаются неонацистской идеологии», — говорилось в заявлении.

Обращение осталось без ответа.

В сентябре 2017 года православное общественное движение организовало всероссийскую акцию «Остановим Матильду!» в форме пикетов, крестных ходов и молебнов царственным страстотерпцам, в которой приняли участие около тысячи человек по всей России. По мнению участников акции, фильм «Матильда» должен быть запрещен, так как он угрожает национальной безопасности, разрушают семью и фальсифицируют историю.

В ноябре 2017 года у входа в Госдуму РФ прошла антиабортная акция «Остановите мясорубку!», которая закончилась задержанием лидера движения Андрея Кормухина.

Современное положение

Деятельность ДСС сопровождается противоречивыми отзывами, включая резко отрицательные. Критики утверждают, что имели место неоднократные случаи насильственных действий со стороны членов движения.

По словам критиков, ДСС — типичная неофашистская организация, прикрывающая свастику иконами и хоругвями. Сюда стекаются бывшие и нынешние футбольные фанаты, ультраправые скинхеды и прочая подобная публика. «Этакая армия опричников господина Гундяева, готовых за „дело Христово“ раскроить кому-нибудь череп». Его члены отнюдь не случайно сокращают пышное наименование организации до СС и носят футболки цветов флага нацистской Германии. Их основное занятие — охрана мероприятий с участием Патриарха, прокладывание ему пути через толпу. По особому распоряжению — «охрана» стройплощадок, запугивание активистов протеста.

На сегодняшний день ДСС открыло отделения в регионах, охватив кроме Москвы и Подмосковья такие крупные города России, как:

  • Санкт-Петербург;
  • Омск;
  • Новороссийск;
  • Екатеринбург;
  • Красноярск;
  • Петропавловск-Камчатский.

Кроме того, имеются отделения движения в Сербии, Черногории, Приднестровье, Австрии.

Деятельность Движения была отмечена грамотами Правительства Москвы, Русской Православной Церкви и личным вниманием Патриарха Кирилла. ДСС внесло большой вклад в молодежное служение Церкви и в создание примера здорового, спортивного образа жизни для молодежи.

Видео о критике движения

Из данного видео вы узнаете о критике в сторону движения.

Общественно-политическая деятельность

Культурная и спортивная сферы

Движение регулярно организует и проводит мероприятия для повышения культурно-образовательного уровня, а также для пропаганды здорового образа жизни.

Традиционные мероприятия, проводимые ДСС:

  • Еженедельно проводятся Сороченские встречи в Новоспасском монастыре с участием видных представителей духовенства, общественных деятелей и спортсменов.
  • Ежегодный фестиваль «Православие и спорт» привлекает все большее число участников и гостей, и по праву считается народным. Целью его является духовно-нравственное и физическое развитие молодежи.
  • Ежемесячные спортивные турниры «Православие и спорт», проводимые в городах Подмосковья.
  • Марафон «40×40».
  • Акция «Трезвый Новый год».
  • Проект поддержки здорового образа жизни «Муромская дорожка».

Гуманитарная помощь

Осуществляется по следующим направлениям:

  1. Помощь бездомным. Проходят ежедневные кормления на Киевском и Ярославском вокзалах.
  2. Проект милосердия «От темницы к свету» осуществляет помощь и посещение находящихся в заключении. Снабжение детей, родившихся в заключении, необходимыми материальным обеспечением. Духовная поддержка оступившихся людей.
  3. В рамках акции «От храма к храму! От души к душе!» организация занимается гуманитарной помощью жителям Донбасса и детям Сирии.

Помощь паломникам

Молодежный отдел Московской городской епархии неоднократно выражал благодарность Движению за сопровождение верующих, прибывающих на поклонение православным святыням.

ДСС оказывала помощь паломникам во время пребывания:

  • в Георгиевском храме-памятнике десницы (кисти правой руки) святого великомученика Георгия Победоносца, доставленной из Афона в Москву к 70-летию Победы над фашизмом;
  • в Москве части мощей святителя Николая.

Участники движения сопровождали Дары волхвов в Москве, Санкт-Петербурге, Волгограде и Киеве (поездка в Киев была в разгар Евромайдана).

Организация мероприятий

Каждый понедельник в трапезной Высоко-Петровского монастыря проводятся Сороченские чаепития, где встречаются братья и сестры, участники и сторонники движения. На этих встречах каждый желающий может познакомиться с участниками ДСС. Здесь обсуждаются новые проекты движения, происходит непринужденное общение между братьями и сестрам во Христе, отмечаются дни рождения или поминаются близкие.

Движение регулярно устраивает встречи с протоиереем Дмитрием Смирновым, руководителем комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства при патриархате. Смирнов известен своими радикальными заявлениями: он предлагал атеистам кончать жизнь самоубийством, призывал громить секс-шопы кирпичами и бороться с ювенальной юстицией при помощи огнестрельного оружия.

Другие виды деятельности

Движение проводит и другие акции и флешмобы:

  1. Проекты защиты материнства: «Схватка» и «Остановим мясорубку!».
  2. Проекты поддержки традиционных ценностей: «Россия с Богом», «Многодетная Россия», съезд родителей России.
  3. Проекты милосердия: помощь детским домам, помощь Тарусскому Дому престарелых, помощь нуждающимся семьям и матерям.
  4. Проекты служения: обеспечение порядка на Патриарших Богослужениях, кормление паломников в Троице-Сергиевой Лавре, ежегодное участие в Александро-Невском крестном ходе.
  5. Музыкальные проекты: концерты хора, флешмоб «Споем вместе» на Киевском вокзале в Москве, в Тирасполе и Дамаске.
  6. Просветительские проекты: «Пресс Зона» (открытый лекторий на фестивале «Православие и спорт»), конференции и секции Рождественских чтений, православно-просветительская деятельность в соцсетях.

Лидеры движения

Андрей Кормухин

Андрей Борисович Кормухин родился в 1970 году. Родной брат певицы Ольги Кормухиной. Композитор в молодости занимался водным поло и боксом. Отец девятерых детей, кавалер медали «Родительской славы», бывший лидер движения «Многодетная Россия». Занимается бизнесом. На него зарегистрировано две коммерческие фирмы — «Гривен» и «Аногри». Первая занимается фактически всем — от продажи мотоциклов и кормов для животных до инженерных работ, а основной род деятельности второй — озеленение и облагораживание территорий.

Является координатором ДСС. По мнению Кормухина, «Россия не может существовать вне Православия, в ином же случае она либо просто погибнет, либо распадется на части». Рассматривает неоязычество как деструктивную технологию, запущенную для подрыва «русского мира» изнутри. Полагает невозможным ставить Родину выше Бога.

Владимир Носов

Владимир Александрович Носов родился в 1981 году. Мастер спорта международного класса, трехкратный чемпион России по боксу, победитель первенства Европы. С 2004 года активно занялся тренерской работой, с 2011 года работает тренером в клубе «Торпедо».

Является координатором православного ДСС, цель которого — создание примера здорового, спортивного образа жизни для молодежи. Соорганизатор ежегодного фестиваля «Православие и Спорт» и других массово-оздоровительных мероприятий ДСС. Считает, что «православие — очень мужская религия, вера сильных людей. В первую очередь, конечно, духовно сильных. Важно не просто быть сильным, а в правильном направлении эту силу использовать».

Православная деятельность организации взбудоражила сравнительно спокойную жизнь россиян. Многие молодые люди усиленно вступают в ряды ДСС, где получают или развивают навыки разных видов борьбы. Деятельность движения, основные проекты, интервью и мнения лидеров ДСС освещаются телеканалами Спас и Царьград, а также радиостанцией Радонеж.

Видео о движении «Сорок сороков»

Из представленного видео вы узнаете больше об идеях и целях движения.

proreligiu.club

«Сорок сороков»: боевые отряды РПЦ.

Где-то с полгода назад знакомый сообщил мне, что при одном храме в Нижнем Новгороде открылся «бойцовский клуб». Туда завлекают молодых людей – и, помимо ликбезов по «слову божьему», тренируют в спортзале, а специально приглашённые инструктора дают им навыки рукопашного боя.

«Сорок сороков» - типичная неофашистская организация, прикрывающая свастику иконами и хоругвями. А иногда – и не прикрывающая. Сюда стекаются бывшие и нынешние футбольные фанаты, ультраправые скинхеды и прочая подобная публика.

Впрочем, подобные «боевые монашеские ордена» уже созданы по всей стране. К примеру, в столице действует весьма любопытная организация «Сорок сороков». Создана она была около двух лет назад при активной поддержке патриарха Кирилла. И за это время вполне оправдала своё название – по некоторым данным, в боевых дружинах по всей стране состоит около 10 тысяч человек. Этакая армия опричников господина Гундяева, готовых за «дело Христово» раскроить кому-нибудь череп.

«Сорок сороков» - типичная неофашистская организация, прикрывающая свастику иконами и хоругвями. А иногда – и не прикрывающая. Сюда стекаются бывшие и нынешние футбольные фанаты, ультраправые скинхеды и прочая подобная публика. Помимо главы СС Андрея Кормухина – персонажа тёмного – в верховном руководстве движения состоят также откровенные фашисты в лице Василия «Киллера» Степанова и Александра Михайловича. Первый засветился ещё с десяток лет назад, когда он с 25 бритоголовыми захватил офис,где собирались АКМ и НБП, искалечив 7 человек. Второй в соцсетях активно призывает всех православных молиться на свастику как на истинно славянский символ.

В мире активистов СС очень много врагов. Кругом геи, атеисты, евреи, противники строительства церквей на месте парков и детских площадок и просто возмущённые тем, что Русская православная церковь совершает рейдерские захваты земель, помещений школ, дворцов культуры и т.д. Разумеется, все перечисленные категории – истинные враги русской нации, слуги Сатаны, которые будут гореть в геенне огненной. Их попадание в ад, с точки зрения активистов и идеологов СС, необходимо всенепременнейше ускорить. Боксёр Владимир Носов или, к примеру, упомянутый выше Александр Михайлович, в социальных сетях недвусмысленно дают понять, что будет с «храмофобами». И деятельность СС не ограничивается пропагандой и угрозами – кое-где (к примеру, на «Торфянке» в Москве, где местные жители активно сопротивляются строительству очередной церкви) речь идёт уже об открытых нападениях. Надо заметить, организация Кормухина представляет большую опасность, чем «Божья воля» под руководством Энтео - хотя последние тоже умудряются устраивать свои мини-погромы.

Патриарх Кирилл, разумеется, видит все старания подчинённых боевиков. Посему движение СС удостоилось награды от Его Святейшества, а лидер Андрей Кормухин был лично поздравлен с 45-летием. Мило, не правда ли? Власти и церковь в России так любят кичиться прошлым своего народа, «победившего фашизм»! Но всё это, разумеется, лишь показуха. На деле и те, и другие не прочь использовать ультраправых молодчиков в своих целях. Если у известной группировки БОРН ноги растут из Администрации президента, то у СС – из резиденции патриарха. Разница же между тем и другим - минимальна.

У некоторых читателей может возникнуть вполне логичный вопрос: зачем РПЦ все эти штурмовые отряды, когда власти и так обеспечивают ей полную поддержку? Основных причин, как минимум, две.

Во-первых, группировки, подобные СС действуют быстро, эффективно и при этом позволяют «не пачкать руки» полиции. Поясню на своём примере. В последние несколько лет мне приходилось несколько раз переходить дорогу РПЦ: вместе с группой нижегородских левых активистов я разворачивал довольно заметные по местным меркам социальные кампании, начиная от борьбы против передачи здания школы православной гимназии и заканчивая протестом против переименования одной из центральных улиц города в «Крестовоздвиженскую». «Ревнителям благочестия» приходилось тратить силы на контрпропаганду, вкладывать деньги в видеоролики и т.д. В итоге их усилия всё равно заканчивались весьма сомнительными результатами. Куда проще было бы прислать кучку накачанных ребят на пикет или к моему подъезду, дабы они всё «разрулили по-пацански». Полицаи тоже, конечно, могут кого-то побить не хуже бритоголовых – но общественный резонанс и последствия будут совершенно другими.

Кругом геи, атеисты, евреи, противники строительства церквей на месте парков и детских площадок и просто возмущённые тем, что Русская православная церковь совершает рейдерские захваты земель, помещений школ, дворцов культуры и т.д. Разумеется, все перечисленные категории – истинные враги русской нации, слуги Сатаны, которые будут гореть в геенне огненной.

Есть ли у РПЦ необходимость в такого рода «разборках»? Разумеется. Идеологическая служанка правящего класса, православная церковь давно получила право на активную экспансию. И здесь, естественно, не обходится без инцидентов. Давайте вспомним лишь некоторые события последнего времени, нашедшие своё отражение в изданиях федерального масштаба:

- Патриарх Кирилл не стесняясь приплывает к верующим на личной яхте.

- В ведение РПЦ передают здание Центрального госархива научно-технической документации.

- Глава синодального отдела по взаимоотношениям церкви и общества Всеволод Чаплин недвузначно дал всем понять, что желает теократического государства.

- Петербургская епархия РПЦ потребовала передать ей Исаакиевский собор.

- Барнаульский планетарий передали РПЦ.

- РПЦ внезапно стала организацией, специализирующейся на борьбе с коррупцией и заключила соответствующий договор со счётной палатой.

- С нового учебного года в Москве будет расширена программа изучения «Основ православной культуры»

- В Москве продолжает реализовываться программа по устроению храмов в шаговой доступности.

Подчёркиваю, что это лишь события последнего времени, при этом – наиболее резонансные. Такая агрессивная политика РПЦ вызывает возмущение, а возмущённых надо как-то усмирять. Как говорится, кулаком и добрым словом можно добиться большего, чем просто добрым словом.

Во-вторых, такие организации как «Сорок сороков» помогают канализировать народное возмущение и обернуть его в пользу правящего слоя ( подобный подход в целом характерен для неофашистских группировок). Как говорил один из персонажей «Кавказской пленницы»: «Кто нам мешает – тот нам поможет». Молодёжи из социальных низов, недовольной своей жизнью и желающей куда-то направить свою агрессию, предлагают ложные ориентиры. Вместо того, чтобы бороться против истинных хозяев этого мира – транснациональных корпораций, буржуазии и прислуживающих им чиновников – молодые люди начинают свой «крестовый поход» на «чёрных», евреев, гомосексуалистов, марксистов, социальных активистов и т.д. У СС этот список лишь пополняется «противниками православной веры». Таким образом, правящие круги направляют энергию тех, кто потенциально может восстать против них, в выгодное для себя русло.

Патриарх Кирилл, разумеется, видит все старания подчинённых боевиков. Посему движение СС удостоилось награды от Его Святейшества, а лидер Андрей Кормухин был лично поздравлен с 45-летием.

Религия здесь является, пожалуй, даже более удобным инструментом, чем националистические предрассудки. Она возникла когда-то из желания человека объяснить непонятный ему мир, из страха перед смертью и других невзгод, которые с незапамятных времён сопровождали наших предков. Казалось бы, в последние несколько веков прорыв в науках ударил по позициям религиозных организаций, но тяготы, которые претерпевает человек в обществе, остались. Нищета, неравенство, неуверенность в завтрашнем дне – это и многое другое заставляет народ обращаться к «религиозному обезболивающему», о котором писал ещё Маркс. Бедняки скрашивают таким образом своё жалкое существование, богачи же захаживают в храм в надежде, что добрый боженька не отнимет их состояний, нажитых на эксплуатации наёмных работников. Кстати, во многом из-за массового обнищания населения в 90-е годы на постсоветском пространстве произошёл настоящий всплеск религиозности. И эту веру людей, на которую их толкает сами обстоятельства их существования, издавна использовали различные организации и правящие круги в своих целях. Древние шли в атаку на врага, считая, что так угодно их богам, солдаты Вермахта носили ремни, на пряжках которых красовалась надпись: «Gott mit uns».

Примечательно, что религиозная ненависть проста в разжигании и использовании. Посему ей столь органично дополнили арсенал фобий ультраправых активистов, которые теперь работают на Его Святейшество патриарха Кирилла.

Это, кстати, лишний раз напоминает нам о нескольких вещах. Нам необходимо разработать систему эффективной пропаганды среди населения и, в первую очередь – среди молодёжи, которая запросто может попасть в ряды «крестоносцев». Также не стоит забывать о важности систематических тренировок среди левых активистов. Собственно, второму была посвящена недавняя статья на «Вестнике бури».

Таким образом, мы видим, как и власти, и церковь активно выстраивают вокруг себя буфер из черносотенцев различных мастей. Это может говорить лишь о том, что они в полной мере осознают ту потенциальную опасность, которую представляют обираемые и оболваниваемые ими народные массы.

vestnikburi.com

Строители офлайн-государства Даниил Туровский рассказывает о православном движении «Сорок сороков» — Meduza

Больше двух лет при поддержке РПЦ в России существует православное движение «Сорок сороков». Его основная деятельность — охрана строительства храмов, крестных ходов и других церковных мероприятий. Кроме того, сторонники движения летом 2015-го напали на несанкционированный московский гей-парад и сорвали пикет против установки памятника князю Владимиру на Воробьевых горах. С июня «Сорок сороков» защищают строителей в парке Торфянка, где против возведения церкви бунтуют местные жители и активисты оппозиционных партий. Специальный корреспондент «Медузы» Даниил Туровский встретился с руководителями движения, чтобы выяснить, как устроена эта организация.

Возле металлического ограждения стоит хмурый мужчина в красной футболке с символикой движения «Сорок сороков» (русский богатырь с щитом и мечом на фоне церковных куполов). Алексей ковыряется в телефоне, не обращая внимания на то, что происходит вокруг — в Коломенском проходит фестиваль «Православие и спорт», организованный движением при поддержке Русской православной церкви и в рамках празднования тысячелетия со дня смерти князя Владимира.

Со сцены звучит православный рэп. Сначала песня «Хвалит заливаться, да по улицам скитаться, мальчишки, девчонки, айда тренироваться», затем — «Благодарен Богу за то, что русский я, и всем сердцем люблю тебя, Россию».

На поляне, сняв футболки, борются десятки крепких парней. В нескольких десятках метров от них группа молодых людей практикуется в метании ножей. Две девушки собирают подписи за запрет абортов. В палатке продают варенье из Горловки (город на территории самопровозглашенной Донецкой народной республики). На соседней поляне — конкурс православного граффити. Все это происходит в той части Коломенского, где каждый год стоит фудкорт «Пикника Афиши».

Караульному Алексею уже надоела доносящаяся из колонок музыка: он не первый раз работает охранником на мероприятии «Сорока сороков»; всякий раз тут играют одни и те же песни.

В движение он пока не вступил, но постоянно читает группу «Сорока сороков» во «ВКонтакте». Через нее его и приглашают «волонтерить» на разные события. Ему выдают фирменную футболку движения, но денег не платят. Смысл своего участия в происходящем он объясняет крайне предсказуемо: «Защищать православную веру».

Алексей обращает внимание на сцену, когда на нее выходит лидер движения «Сорок сороков» Андрей Кормухин. Тот краток: «Православие становится в стране все более направляющим действием». После его речи на поляну перед сценой выбегают спецназовцы ВДВ и устраивают показательные выступления.

* * *

Движение «Сорок сороков» появилось в июне 2013 года. Его организовали Андрей Кормухин и Владимир Носов. Кормухин — отец девятерых детей, бизнесмен (его фирмы специализируются на продаже кормов и озеленении территорий), в молодости занимался водным поло и боксом. Он родной брат Ольги Кормухиной, известной в конце 1980-х — начале 1990-х рок-певицы; в последние годы она переключилась на православный поп и записала соответствующий альбом («Падаю в небо»). Владимир Носов — мастер международного класса по боксу; он активен в социальных сетях — публикует на своей странице статусы паблика «Волк-гомофоб», организаторы которого преследуют гомосексуалов, в том числе добиваются их увольнения из школ («Медуза» несколько раз писала о них — тексты об этом можно прочитать тут и тут). 

Движение сперва называлось «Молот», но получило новое имя, когда его создатели нащупали свою «нишу» — охрану строительства церквей по программе «200 храмов», предполагающей возведение «храмов шаговой доступности» во всех районах Москвы («Сорок сороков» — фразеологизм, обозначающий всю совокупность храмов в старой Москве). Кормухин утверждает, что эта деятельность стала их собственной инициативой: охранять стройплощадки их просили отдельные настоятели храмов, однако в итоге силовую поддержку одобрили и в РПЦ.

Организовать движение Кормухин и Носов решили после «атаки на православие в 2012 году». «Произошли события с Pussy Riot, с атакой на патриарха, — рассказывает Кормухин. — Тогда все раздували, забывая о роли социального служения церкви. У людей складывалось ощущение, что попы зажрались, ездят на „Мерседесах“, бухают, сбивают людей на Кутузовском, все это бизнес-точка РПЦ, у патриарха часы за миллион, он сигареты и алкоголь продает. Мы тогда поняли, что нужно создавать свою ситуацию и повестку».

«Время сжалось, вызовы стучатся к нам в дома, это и Украина, это и ИГИЛ (организация признана в России экстремистской и запрещена — прим. „Медузы“), это и евроценности с однополыми браками, — говорил Носов летом 2015 года. — От нас, православных, зависит, во что превратится наша Россия. В бездуховную пустыню с полезными ископаемыми? В землю, которую заселят более пассионарные и многодетные народы, как в Европе? Или мы сохраним нашу Святую Русь?»

Вскоре движение заметили функционеры Русской православной церкви. В феврале 2014-го активисты организовали «патриарший антимайдан» — акцию возле храма Христа Спасителя в честь пятилетия интронизации патриарха Кирилла (около четырех тысяч человек, взявшись за руки, ходили вокруг храма; помимо «Сорока сороков» в акции участвовали другие православные движения и объединения, в том числе прокремлевская «Россия молодая»). В ноябре 2014-го патриарх на встрече с православной молодежью назвал добровольцев, которые его окружают, «своей гвардией». В феврале 2015-го патриарх Кирилл лично поздравил Андрея Кормухина с днем рождения и попросил «крепить и умножать ряды движения».

Сам Кормухин говорит, что они «равноудалены» и от РПЦ, и от Администрации президента России. «У нас куратора на сегодняшний день нет», — заявил он, добавив, что встречался с сотрудниками АП только раз — и якобы рассказывал им про «вред язычества».

«Задания» охранять те или иные объекты Кормухин и «Сорок сороков» сейчас получают от сотрудников РПЦ или настоятелей храмов. Помимо этого активисты сопровождают крестные ходы в разных регионах страны, а иногда и за ее пределами. В январе 2014 года «Сорок сороков» охраняли христианскую реликвию «Дары волхвов» в Киеве — в самый разгар событий на Майдане. Вместе с 20 активистами там находился и реконструктор (впоследствии министр обороны Донецкой народной республики) Игорь Стрелков. Его руководители движения называют «братом и другом»: «Наши взгляды на сто процентов совпадают». Активисты периодически доставляют «гуманитарные грузы» на территорию ДНР и ЛНР. Например, в декабре 2014 года отправили посылки на территорию военных госпиталей ДНР; в январе 2015 — прихожанам церквей ДНР. 

Движение регулярно устраивает встречи с протоиереем Дмитрием Смирновым, руководителем комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства при патриархе (и выкладывает некоторые его лекции в группе движения во «ВКонтакте»). Смирнов известен своими радикальными заявлениями: он предлагал атеистам кончать жизнь самоубийством, называл бэби-боксы «оружием Запада», призывал громить секс-шопы кирпичами и бороться с ювенальной юстицией при помощи огнестрельного оружия.

В июле 2015 года Дмитрий Смирнов вместе с группой верующих сорвал праздник радиостанции «Серебряный дождь», заявив, что концерт мешает богослужению в храме, который находится в километре от места проведения мероприятия.

Тогда между Смирновым и директором радиостанции Дмитрием Савицким произошел такой разговор:

— Вы с нами не согласовали ваше мероприятие.

— С какой, собственно, стати мы должны с вами что-либо согласовывать?

— Это наша территория, мы тут хозяева.

— А что значит «ваша территория»? Мы что, у вас в храме день рождения отмечаем?

— Все, что в этом районе находится, относится к нашему приходу, и это наша территория.

— А если я тут живу, моя квартира — это тоже ваша территория?

— Да!

— И вы можете вот так вламываться ко мне в квартиру?

— Да, захочу и зайду. И возьму все, что мне надо.

* * *

— Россия в XXI веке должна предложить новую повестку. Мы в «Сорок сороков» будем предлагать идею того, как бороться с Антихристом, — рассказывает мне Кормухин о главной задаче движения.

— С Антихристом?

— Антихрист пытается разрушить нашу цивилизацию. Он будет доказывать, что человек — не высшее творение. Произойдет то, что показано в фильме «Матрица». Человек перестанет существовать, а станет ресурсом, которым будут управлять элиты. И в XXI веке Россия будет вести борьбу за людей, чтобы вытащить их из онлайна в офлайн, потому что задача Антихриста — затащить людей в онлайн. Если их затащат туда, то смогут в любой момент выключить. Зачем собираются делать прививки с нанороботами? Чтобы следить за здоровьем? Чтобы в любой момент любого человека можно было выключить. Наша задача — построить офлайн-государство.

По мнению Кормухина, Антихрист управляет Голливудом: «Он специально выпускает пророческие фильмы, чтобы все привыкали к тому, что будет происходить». Сам Кормухин их смотрит, чтобы понимать, чего ждать в будущем. «Вот „Трансфомеры“. Безобидный фильм. Но там роботы человеку ближе, чем многие люди. Фильм „Планета обезьян“, там обезьяны порядочнее, чем люди. Берем фильм „Терминатор“. Тоже — робот гораздо ближе, чем люди. Не буду говорить даже про демонские фильмы вроде „Сумерек“, где всякие вампиры становятся суперположительными персонажами», — рассуждает один из основателей движения, поддерживаемого РПЦ.

* * *

По словам Андрея Кормухина, вступить в «Сорок сороков» довольно сложно: «Нужно долго себя показывать». Принимают новых членов в движение коллегиально. Время от времени активисты встречаются, чтобы определять ближайшие действия «по повестке».

Участники движения обязаны носить футболки определенных цветов и со специальными нашивками — похожие правила действуют в байк-клубах. С байкерами у «Сорока сороков» бывают и совместные мероприятия. Так, в июне 2015 года они вместе с «Ночными волками» сорвали пикет на Воробьевых горах против установки там памятника князю Владимиру.

В мае 2015 году сторонники движения напали на московский гей-парад (каждое 30 мая столичные ЛГБТ-активисты пытаются провести гей-парад, но всякий раз их акцию срывают полицейские или православные). «Сороковцы» отобрали радужный флаг у ЛГБТ-активиста и организатора гей-парада Николая Алексеева. Полотнище сожгли со словами: «С этим флагом главный п*дор Москвы Алексеев приехал на Тверской бульвар. Мы хотим показать, что эти ценности чужды нашему народу, и не надо с ними сюда приходить».

В конце июня 2015 года для движения настал звездный час. Бойцов «Сорока сороков» пригласили охранять строительные материалы для храма, возводящегося в столичном парке Торфянка. Однако к тому времени в парке уже начались протесты: против строительства церкви выступили местные жители, которых поддержали оппозиционные партии. Недовольные граждане разбили палатки. Активисты «Сорока сороков», называющие себя «воинами света», тоже поставили палатки и пытались защитить стройплощадку. Периодически случались перебранки; и тех, и других забирала полиция («Медуза» подробно писала об этом). Протестующих жителей в лагере было намного больше, и вскоре они почувствовали себя уверенно — поливали православных активистов водой, плевали в них. «Сложно было удерживать ребят [от серьезных столкновений], когда на них так кидались. Они все крепкие», — говорит Кормухин.

По мнению активистов движения, происходящее в Торфянке — «майданные технологии», отрабатывающиеся перед выборами в Госдуму 2016 года. «Оппозиция мобилизует свой электорат», — считают они.

Именно во время событий в парке Торфянка стало ясно, что в движении состоит много футбольных фанатов. Поэтому «Сорок сороков» начали ассоциировать с прокремлевскими молодежными движениями нулевых: своими «боевыми крыльями», собранными из фанатов, обладали «Наши» и «Молодая гвардия». Члены таких боевых отрядов участвовали в охране митингов (например, выталкивали с территории неугодных журналистов), периодически устраивали вылазки на оппозиционные акции.

Среди «крепких ребят» в Торфянке был, например, Иван «Комбат 18» Катанаев, бывший руководитель «Фратрии» — самой мощной группировки фанатов московского «Спартака». В недавнем интервью Катанаев говорил, что долгое время симпатизировал фашистской идеологии — оттуда и его прозвище (Combat 18 — британская праворадикальная группировка, 18 используется для обозначения имени Адольф Гитлер).

В парке Катанаев сказал одному из противников строительства храма: «Если будешь плохое про попов что-нибудь говорить, то будешь сейчас валяться тут». Разговаривать с «Медузой» Катанаев отказался.

В руководстве «Сорока сороков» пояснили, что в организации есть разные люди — «и футбольные фанаты, и нацисты»: «Но мы этих проблемных ребят выдергиваем и через православие делаем другими людьми». «Многие пытаются рассматривать движение через призму того, что в движение входит Иван Катанаев, — рассуждает Кормухин. — Для нас он православный брат, который ищет выходы из тупиков, в которых он оказался, когда был в фанатском движении».

Также в движении состоит Василий «Киллер» Степанов — бывший член группировки спартаковских болельщиков «Гладиаторы», нападавшей в 2003 году на штаб запрещенной НБП. Он также отвечал за охрану лагеря «Селигер» и сотрудничал с бывшим руководителем Росмолодежи Василием Якеменко.

15 сентября 2015 года пять суток ареста получил сторонник «Сорока сороков» (а также сторонник другого православного движения — «Божьей воли» Дмитрия Энтео) Егор Солдатов. Он участвовал в погроме на Манеже, где проходила выставка работ Вадима Сидура, Николая Силиса и Владимира Лемпорта «Скульптуры, которых мы не видим». На следующий день десятки активистов пришли на встречу протоиереем Андреем Ткачевым (его считают близким к организации) в магазин, где он представлял свои книги. После презентации активисты развернули плакаты «Свободу Егору» и сфотографировались, устроив «акцию поддержки». Многие из них говорили, что «впервые со времен революции в России начали преследовать православных».

* * *

21 августа 2015 года депутат Госдумы от КПРФ Валерий Рашкин обратился в ФСБ с просьбой расследовать деятельность движения «Сорок сороков» и ликвидировать его. «Данная организация активно взаимодействует с радикальными экстремистскими группировками, в том числе с радикальными группами футбольных фанатов. По сути, сама эта организация является радикальным формированием, занимающимся боевой подготовкой своих членов, многие из которых придерживаются неонацистской идеологии», — говорилось в заявлении. Обращение пока осталось без ответа. 

meduza.io

5 лет - Движению Сорок Сороков! - Движение Сорок Сороков

1 июня мы отмечаем первый юбилей!

Нам исполняется 5 лет!

Первого июня мы отмечаем первый юбилей. Нам исполняется 5 лет. За это время было сделано много, но ещё больше хочется сделать в будущем.

Отметим, что всё большее число людей хотят открывать отделения «Сорок сороков» в различных регионах России и за рубежом. И освещение активной деятельности наших отделений заслуживает отдельного поста (спасибо, братья и сестры). Мы знаем, что наших единомышленников по странам Русского Мира и православным странам огромное количество! Поэтому давайте отметим наше пятилетие вместе! Отметим его соборно, чтобы почувствовать и нашу географию и единение!

1 июня мы будем праздновать 5-летие Движения «Сорок Сороков».

Как все помнят, Движение Сорок Сороков зародилось, как народная, общественная сила, готовая отстаивать традиционные ценности и защищать права православных христиан. Сердечно благодарим участников и наших сторонников, именно ваша поддержка дала нашему народному движению возможность реализовывать благие дела:

  • Одним из первых больших наших проектов стало участие в поддержке Патриаршей программы строительства новых храмов в Москве. За 5 лет существования ДСС мы можем констатировать, что защита православных общин строящихся храмов Движением Сорок Сороков привела к тому, что вся протестная активность организованных групп по препятствованию реализации Патриаршей программы сошла на нет. При непосредственном участии Движения Сорок Сороков построены или находятся в стадии строительства храмы:- Преп. Сергия Радонежского на Ходынском поле, — Курской иконы Божьей Матери на ул.Федора Полетаева, — Иконы Божьей Матери «Умягчение злых сердец» на ул.Камова, — Святого праведного Иоанна Кронштадтского на Кронштадтском бульваре, — Равноапостольной княгини Ольги в Останкино, — Иконы Божьей Матери «Неупиваемая чаша» на Мичуринском проспекте, — Праведного Федора Ушакова на Водном стадионе, — Преп. Серафима Саровского в Дегунино, — Покрова Пресвятой Богородицы в Выхино, — Новомучеников и исповедников Российских в на ул.Стартовая, — Иконы Божьей Матери «Неополимая купина» в Отрадном, — Святителя Николая Чудотворца на ул. Лодочная,

    — Святых равноапостольных Мефодия и Кирилла в Ростокино.

И особняком в этом списке стоит Храм Казанской иконы Божьей Матери в Лосинке. Его предполагалось построить на Осташковском пооезде, а теперь он будет построен на Анадырском проезде, а в парке Торфянка, на месте, где православные Лосинки отстояли своё право на большой Храм по благословению Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси Кирилла будет установлен большой поклонный Крест. И мы надеемся, что в будущем на месте Креста Божьей милостью будет построен ещё один Храм.

  • спортивные проекты: ежегодный фестиваль «Православие и спорт» (в этом году уже VI ) и ежемесячные спортивные турниры #ПиС в том же формате в городах Подмосковья, марафон «40х40», «Трезвый Новый год» #МуромскаяДорожка (проект поддержки здорового образа жизни);
  • проекты защиты материнства: #Схватка , #ЗаЖизнь (совместно с движением «За жизнь») и #ОстановимМясоРубку ;
  • проекты поддержки традиционных ценностей: #РоссиЯсБогом , #МногодетнаяРоссия , съезд родителей России;
  • благотворительные проекты: «От храма к храму» (помощь Донбассу); #ДССвСирии (отправка гуманитарной помощи в Сирию);
  • проекты милосердия: «От темницы к свету» (посещение заключённых), помощь бездомным (кормление на вокзалах), помощь Тарусскому Дому Престарелых, помощь детским домам;
  • проекты служения: обеспечение порядка на Патриарших Богослужениях, а также в храмах и общественных местах при пребываниях привезённых Святынь на Русской Земле, участие в «Программе 200», кормление паломников в Троице-Сергиевой Лавре, захоронение останков в Кадашах, помощь юридического крыла #ДСС , труднические поездки по Святым местам (Печоры, Афон и другие), ежегодное участие в Александро-Невском крестном ходе;
  • музыкальные проекты: концерты хора «Сорок Сороков», флешмоб #СпоемВместе на Киевском вокзале в Москве, в Тирасполе и воюющем Дамаске;
  • просветительские проекты: #СороченскиеВстречи (встречи с известными православными деятелями) и #ПрессЗонаПиС (открытый лекторий на фестивале «Православие и спорт»), конференции и секции Рождественских чтений, #остановимМатильду , православно-просветительская деятельность в социальных сетях и др.

___ *указано много проектов в рамках сотрудничества в движении (без личных проектов каждого участника «Сорок Сороков»), но далеко не все! Нам хотелось бы сделать ещё больше проектов в будущем вместе с вами и при вашем участии. Вовлекайтесь!

С Богом!

soroksorokov.ru

Большое интервью Андрея Кормухина газете "Коммерсантъ" - Движение Сорок Сороков

«Организация на острие ножа»

Глава движения «Сорок сороков» Андрей Кормухин рассказал “Ъ”, что будет, если государство сочтет его соратников экстремистами

Координатор движения «Сорок сороков» Андрей Кормухин Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ

Православные активисты, которые сами себя считают правозащитниками, но пользуются репутацией громил у своих оппонентов, после серии конфликтов, связанных со строительством храмов в Москве, вновь надолго оказались в центре внимания из-за протестов против проката в России фильма Алексея Учителя «Матильда». В отличие от явно виртуального «православного» клона запрещенного в РФ «Исламского государства», движение «Сорок сороков» заявляет о формировании сети своих региональных филиалов и демонстрирует способность собрать на свои уличные акции десятки решительно настроенных сторонников. “Ъ” попытался выяснить у создателя движения Андрея Кормухина, как к этой форме гражданской активности относятся иерархи Русской православной церкви, представители администрации президента и сотрудники силовых структур, сколько у «Сорока сороков» людей и денег, кто виноват в конфликте в парке «Торфянка» и что будет, если однажды государство сочтет «Сорок сороков» опасной организацией.

«Сначала церковь относилась к нам настороженно»

— Чья была вообще идея создания движения «Сорок сороков»?

— Это вообще народная инициатива. Официально создателями движения считаются ваш покорный слуга и чемпион России по боксу Владимир Носов. Мы с ним встретились в боксерском клубе «Торпедо» 1 июня 2013 года и решили, что настало время, чтобы у православных появилась общественная организация, которая бы действовала не в структурах Русской православной церкви и защищала бы их права. У нас же правозащитную деятельность в свое время монополизировали люди, которые считают, что светское демократическое государство должно быть антиклерикально. Государство и церковь отделены от общества, соответственно, и правозащитной деятельностью могут заниматься только лица, которые к церкви не имеют отношения.

— Церковь отделена от государства, не от общества.

— Да, по Конституции, оговорился. Но у нас же в обществе есть православные христиане. Они являются носителями определенных ценностей, и они тоже имеют свои права. Мы появились в общественном пространстве, чтобы защищать их права. А детонатором были события, связанные с танцами на солее в храме Христа Спасителя и информационными атаками на РПЦ. Церковь к ним оказалась не совсем готова — она осталась один на один с оппонентами, которые монополизировали общественное мнение, что церковь не должна вмешиваться в общественную жизнь: у нее есть храмовые ограды — это и есть территория церкви, где она имеет право заниматься тем, чем занимается. А в общество церковь лезть не должна. Ну, по Конституции где-то это и так, но это пограничная тема. Людей-то куда девать? Люди, православные, живут в обществе, их дети учатся так же в общеобразовательных школах, они ходят в те же театры, они являются теми же налогоплательщиками. То есть они имеют право в обществе тоже отстаивать свои права, как и представители других социальных групп. А тема правозащиты была связана именно с представителями, которые считали, что борьба за права человека является основополагающим трендом в российском обществе. И мировая конъюнктура так складывалась: тоже считалось. Только они забывают, что есть люди, которые верят в человека, но не верят в Бога, а есть люди, которые верят в человека как создание Божие. А Бог для человека поставил определенные рамки. Есть Библия и Новый Завет, в которых есть заповеди, накладывающие на человека определенные обязательства — вот и все. Но мы живем вместе — мы должны сосуществовать: одни борются за одни права, другие борются за другие права. В демократическом государстве у всех есть возможность эти права отстаивать.

— То есть вы тоже борец за права человека.

— Конечно, только за права человека как создания Божьего.

— Сколько членов в вашем движении? Кто эти люди?

— У нас организация общественная. У нас никогда не было жесткой структуры. Организация не партийная и не военизированная. Мы сейчас подошли к моменту, когда у нас начинают открываться региональные отделения. Мы должны знать наших людей в регионах, но не всегда есть такая возможность. Видимо, какие-то фильтры в ближайшее время будут появляться. Но изначально, когда организация создавалась в Москве, не было задачи индивидуально учитывать каждого члена. Если считать людей, которые подписываются на наши группы в соцсетях и участвуют в акциях движения, например приходят на ежегодный фестиваль «Православие и спорт» в Коломенском, то в Москве у нас от 3 тыс. до 10 тыс. человек.

Координатор движения «Сорок сороков» Андрей Кормухин Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ

— Но в Коломенском же бывают не только члены движения, но и гости парка.

— Ну, какие-то гости приходили. Но мы же не можем отследить каждого человека. Мы можем только оперировать цифрами посещаемости наших мероприятий и данными об участниках групп в соцсетях: у нас группа «ВКонтакте» — 22 тыс. человек. Можно смело сказать, что насчитывается несколько тысяч сторонников движения «Сорок сороков».

— «Сорок сороков» — это такое сугубо московское название, по легендарному числу церквей в городе до революции?

— Нет-нет-нет. Движение получило свою первую известность благодаря защите строительства храмов. Московская программа строительства храмов стала подвергаться целенаправленным атакам в рамках антицерковной кампании. Собирались протестные группы, мигрировали по Москве, устраивали пикеты, препятствовали строительству. И тогда мы как общественная организация стали представлять интересы православных общин, которые ждали этих храмов и сталкивались с оппонентами, мобилизованными, обученными, поддержанными в СМИ. Мы оказывали общинам консультативную поддержку, организовывали мероприятия в этих приходах, в том числе культурные. Поэтому «Сорок сороков» стали ассоциировать с московскими храмами. На самом деле изначальное значение этого словосочетания — множество, множество воинства Христова.

— А ваши сторонники есть в регионах, где традиционно сильно представлен ислам,— в Поволжье, на Северном Кавказе?

— У нас, например, есть отделение в Уфе в Башкирии: там же много русских. Северным Кавказом пока не занимались, но сейчас налаживаем связи с Чеченской Республикой. Мы не говорим, что там будет отделение «Сорока сороков», но там есть русские кладбища, куда мы собираемся в ближайшее время поехать: что греха таить, были две войны, большой исход русского населения, а кладбища-то остались. И храмы остались, и православные христиане остались. Мы хотим тоже как-то поучаствовать в их поддержке.

Мы были и на Донбассе, и в Сирии, когда там было тяжело, возили гуманитарные грузы по приходам: у нас есть программа «От храма к храму, от души к душе».

— А вы согласуете свои акции со священноначалием РПЦ?

— У нас сложились хорошие отношения с РПЦ и со святейшим патриархом Московским и всея Руси. Сначала к нам относились настороженно, потому что так исторически сложилось: с тех пор как перестал существовать Советский Союз, когда людям разрешили ходить в храмы, и церковь получила свободу, православие было связано только с РПЦ как институтом. Но, как я уже сказал, появились новые вызовы. И ответом стала светско-демократическая общественная организация православных христиан. Нас за это очень не любят господа либералы, которые считают, что церковь не может представлять интересы православных христиан, а если пытается, то ей начинают сразу бить по рукам. Мы видели, как это происходило, когда церковь пыталась привнести в учебный процесс уроки православной культуры. Тут же разворачивались бурные события, атака на эту инициативу под этим самым предлогом, что мы светское демократическое государство и у нас по Конституции церковь отделена от общества…

— От государства.

— Да, простите, оговорился. Когда мы появились как общественная организация, представляющая интересы православных христиан, как любая партия, любая общественная группа, церковь сначала насторожилась. Но когда поняла, что мы не какие-то там сектанты, мы не идем в противовес с РПЦ работать с прихожанами храмов РПЦ, у нас выстроились дружеские отношения. Могу сказать, что не все инициативы, которые исходят от движения, мы согласуем, бегаем и спрашиваем благословения РПЦ. Но у нас у каждого есть свой духовник, это принципиально. Мы изначально всем нашим участникам сказали: «Ребята, для нас путь индивидуального спасения души первичен. Поэтому мы не претендуем ни на вашу душу, ни на ваше свободное время, ни на ваши какие-то жизненные устремления. Все ваши действия вы должны согласовывать со своими духовниками. А движение для вас не является духовным наставником. Если вы считаете, что для вашего индивидуального спасения души неполезно быть участником движения — не приходите, мы никого удерживать, как это делают в каких-то сектах, не собираемся. Для нас православие и Иисус Христос превыше всего».

Что касается согласования действий, ну вот, допустим, решение по помощи детям Сирии, когда в прошлом году мы на Рождество летали туда с подарками: у нас не было времени, очень быстро решалось. Мы не успели испросить благословения, но каждый из нас взял благословение у своего батюшки, и мы полетели. Нас было трое с миссией, братья нас провожали во Внуково, мы погрузили все в самолет и полетели помогать детям Сирии.

— Бывали случаи, когда вас критиковали иерархи за ваши какие-то действия?

— Безусловно. У нас и сейчас некоторые сложные отношения. «Сорок сороков» — такая организация на острие ножа: мы находимся в том самом разломе общества, где сталкиваются одни интересы с другими интересами. Иерархи тоже не все однородны. Кому-то нравится наша деятельность, кому-то — нет. Но мы всегда говорили: если церковь скажет нам, что «Сорок сороков» должны перестать существовать, мы в тот же день перестанем существовать. Это не оспаривается.

«Почему права общества, которое разделяет теорию эволюции, должны наступать на права моих детей?»

— Давайте остановимся на идее введения уроков православной культуры в школе. Видите ли, общеобразовательная школа в России всеобщая, там учатся не только православные дети. Вы считаете оправданными разговоры о введении курса православной культуры в многоконфессиональной светской стране?

— А что значит светская в вашем понимании?

— Светская — это такая, где, в частности, публичное образование никак не окрашено в конфессиональные тона.

— А я светский человек?

— А вы светский человек?

— Я светский человек, да. Но тут важна формулировка: в свое время даже Владимир Путин сказал, что не нужно светскость употреблять в пошлом виде, в значении «антиклерикальность».

— Не антиклерикальная, а просто не клерикальная. «Не» и «анти» — разные вещи.

— Согласен. Но тем не менее к сожалению, зачастую вот эту приставку «не» используют как «анти». Но стоп: вот очень важная вещь. Мы все граждане России, имеем свои права и не должны их реализовывать за счет других граждан. Вот, допустим, я, православный христианин, не должен реализовывать свои права за счет атеиста или мусульманина. Но мне, общественнику в общественном пространстве, не нравится, как в школах преподают курс дарвинизма. Потому что я не согласен с эволюционной теорией происхождения видов. Если мне не нравится, что в школах девочкам разрешают ходить в джинсах и они потом болеют и страдают бесплодием, я могу бороться за то, чтобы православные христиане имели право ходить в школу, где девочки не ходят в джинсах и где обучают их на уроке биологии точно так же, только говорят, что человек был создан Господом.

— Вы хотите отдельную школу для православных или чтобы повсеместно в школе говорили, что человек был создан Господом?

— А что значит отдельная школа? Смотрите, это очень важные вещи, это остатки от Советского Союза перешли в нашу школу, и мы их транслируем.

Почему мои дети, которые с детства ходят в храм и являются православными христианами, должны изучать биологию на основе того, что противоречит их мировоззрению?

Кто им навязывает? Почему права того, так скажем, общества, которое разделяет теорию эволюции, должны наступать на права моих детей или их одноклассников, которые эту теорию не разделяют? Почему они в светском демократическом государстве не имеют права учиться в школах, где этот курс преподается по-другому, я имею в виду биологии?

— Какой выход вы предлагаете?

— Я предлагаю обществу садиться за стол и вести переговоры на эту тему. В этом нет ничего страшного. Пусть в каких-то школах курс биологии эволюционный берется за основу, а курс о божественном происхождении преподается факультативно, в каких-то наоборот. Это то, что пыталась предложить церковь, и ей ударили по рукам, хотя дискриминируют нас, православных христиан.

— Но если представить себе противоположную ситуацию, то получится, что будут дискриминировать тех, кто хочет, чтобы их детям преподавали эволюционный курс.

— А никто не говорит о том, что эволюционный курс надо изъять вообще из учебной программы. Давайте договоримся, чтобы не получалось так, чтобы не дискриминировали православных. Вот это как раз тот случай, когда «неклерикальный» подход превращается в «антиклерикальный». Вот не хотят мои дети изучать эволюционный! Почему же их должны дискриминировать в демократическом светском государстве?

— Вы принципиально за демократическое светское государство?

— Я не могу быть против Конституции, по которой источником власти является народ. Народ проголосовал за эту Конституцию, я гражданин своей страны, России, я ее люблю, поэтому если на сегодняшний день такая Конституция, значит, я ее буду соблюдать.

«Торфянка» окутана сплошной ложью

— Как получилось, что организация связана со спортивным и околоспортивным миром?

— Не было такого, я к спорту сейчас вообще никакого отношения не имею.

— Известно, что в движение входит много футбольных фанатов.

— У нас футбольные фанаты появились, наверное, через год после возникновения «Сорока сороков». Многим появление у православных светской демократической общественной силы и правозащитной организации не понравилось — это нарушило антиклерикальную монополию. Соответственно, открылась информационная война, и ничего в этом плохого нет. Естественно, стали искать, за что нас зацепить. Первая статья, которая появилась по поводу «Сорока сороков», была про то, как мы организовали велопробег и молебен на Ходынском поле. Там было сопротивление строительству храма. Вышла статья о том, как пришли бритоголовые качки, от которых шарахались бабушки с детьми. Но если вы посмотрите на фотографии того молебна — они есть в интернете, то увидите, что там было 1,5 тыс. человек. Из них, дай бог, набрать с десяток, которые могут подойти под признак бритоголовых качков. И рядом с ними стояли бабушки с детьми. Вот тогда началась первая информационная атака, и с тех пор ложь сопровождает все существование движения. Естественно, к нам стали тянуться разные люди. Православие означает, что мы не должны отталкивать людей, которые к нам приходят: «Возлюби ближнего…» Нам говорят: вот у вас там есть люди, которые имеют судимость. Простите, а они что, изгои общества? Если человек когда-то оступился, если он пришел в храм, если он ходит к духовнику, молится, причащается, если он пришел в движение, чтобы вести социальную работу, он что, должен быть лишен статуса гражданина России или статуса православного христианина? Или футбольный фанат.

Уникальность «Сорока сороков» в том, что в нашу организацию пришли люди из фанатской среды, во-первых, православные, которые уже не «зигуют», для них уже это неприемлемо на трибунах, они не являются нацистами.

Кстати, нас часто награждают этим эпитетом, изначально не понимая, что православные не могут быть нацистами. В нашу организацию входят грузины, армяне, евреи, казахи, у нас национальностей, я посчитал, 12 или 13, не говоря о наших отделениях в Сербии, Черногории, Приднестровье. Планируем еще в Румынии, Болгарии, Греции, на Кипре. У нас есть фанаты «Спартака», ЦСКА, «Зенита», «Динамо»: в фанатской жизни они друг с другом рядом не сядут, будут драться, а в движении они братья, которые обнимаются и для общества уже не представляют угрозы. Они, наоборот, абсолютно социализированные люди: у нас вот ребята ездили на Донбасс, возили гуманитарку, детям продукты возили и все остальное.

— Информационная война, видимо, периодически переходит в реальные драки. Во время конфликта в «Торфянке», например, были угрозы, драки, участников движения даже задерживала полиция.

— Задерживали, во-первых, не за драку…

— При попытке разгрузить стройматериалы там, где стройки быть не должно…

— Но это же не драка. Мы часто говорим при этом информационном навале, будто «Сорок сороков» избивали защитников парка, что, во-первых, «Сорок сороков» никогда не будут избивать защитников парка. Если «Сорок сороков» начнут избивать, то это будет для нас очень плохая история. Как говорят у нас, солдат ребенка не обидит. Это просто вот какая-то легенда, потому что нет ни одного уголовного дела на участников движения, никаких административных нарушений. Не последний человек председатель горкома КПРФ, депутат Госдумы Валерий Рашкин делал запрос в ФСБ, МВД по поводу экстремистской деятельности движения. Почему-то ответ он не опубликовал.

— А к вам приходили представители правоохранительных органов, в которые обратился господин Рашкин?

— А что к нам приходить? Мы ведем абсолютно легальную социальную работу. Все эти острые моменты, связанные с «Торфянкой», «Матильдой», составляют единицы процентов из всего, что делает движение. Но в информационной войне цепляют именно это и пытаются раздуть. И связано это именно с тем, о чем я говорю: с церковью легко было бороться, а с общественной организацией уже бороться сложнее, потому что ей не скажешь: «Вы отделены от государства». Приходится договариваться. А общаться не хочется — хочется быть монопольными властителями защиты прав человека.

— Договариваться никто не спешит. Вот вы в «Торфянке» увидели, что довольно большое количество местного населения в принципе против строительства храма в парке. Зачем вы туда пошли? Ну против и против — зачем обострять?

— Объясню, что получилось на «Торфянке». Абсолютно законное строительство храма на «Торфянке» было закреплено а) распоряжением правительства Москвы, б) судом Бабушкинского района от 1 июня 2015 года. «Торфянка» началась 18 июня 2015 года. Патриарх 24 июня заявил, что мы будем ждать решения суда. У меня большие вопросы к префектуре Северо-Восточного округа и к мэрии Москвы: почему церковь не была поставлена в известность о решении суда от 1 июня? Суд исследовал все документы по данному участку и принял решение, что участок выделен законно. Префектура скрыла это решение, обманула патриарха. Истцы подавали два заявления в суд. Первое — о признании выделения участка незаконным, а второе — о признании публичных слушаний незаконными. 1 июня рассмотрели иск по выделению участка. По второму иску заседание должно было состояться 6 июля. Кто был в теме, тем было понятно, что если Бабушкинский суд принял решение 1 июня, то автоматически 6 июля он примет решение в пользу строительства. Там ответчиком была префектура, потому что она выделяет официально землю. Почему от церкви скрыли решение 1 июня? Все было законно. Кому нужен был этот конфликт? А мне кажется, что этот конфликт нужен был потому, что и во властных структурах не все довольны появлением активных православных граждан.

— Вы отказываетесь верить, что горожане просто хотели гулять в этом парке и не хотели, чтобы именно в этом месте был построен храм?

— Нет, конечно. Слушайте, я прекрасно знаю людей, которые изначально стояли за нагнетанием этой ситуации. Этих людей мы видели на других строительных площадках храмов в Москве. Если бы они были теми самыми горожанами, которые пришли единственный раз в парк «Торфянка» и выступали против строительства храма, я бы в это поверил. Но эти же люди были и в Измайлово, они же активно участвовали в социальных сетях при обсуждении Ходынки. Эти же люди были на Дежнева в Отрадном. Они были замечены со всеми инициативными группами против строительства храмов — и на Федора Полетаева, и в Гагаринском, и в Косино-Ухтомском, и на «Молодежной». Технология одна и та же. Теперь почему в «Торфянке» жители вышли, а потом ушли. Откройте постановление правительства Москвы от 30 апреля 2013 года. Там на схеме под комплексное благоустройство парка «Торфянка» выделено 6,3 га, закрашено зеленым цветом. Под строительство храма из 6,3 га выделено 20 соток, закрашено розовым. Ребята берут, на черно-белом принтере копируют, зеленое сливается с розовым — появляется такой участок 6,3 га, они бегут по дворам и начинают кричать: «У нас отбирают половину парка! Они поставят здесь заборы! Они нас сюда не пустят!» Вот я, обыватель, я не занимаюсь ни храмами, ни парками…

— Вы занимаетесь озеленением…

— Моя фирма прекратила существовать как озеленительная в 2005 году, если уж на то пошло. И я озеленением занимался постольку-поскольку, в основном там занимались подрядами по ремонту подъездов в Москве. Это было 12 лет назад, и эта фирма уже сто лет не существует. Поэтому вот эти все рассказы, как Кормухин получает подряды у Патриархии на озеленение,— такой бред. Так вот 6,3 га, я обыватель, мне показывают, что у меня парк отнимают. Естественно, я иду. Я ж не буду разбираться, что такое комплексное благоустройство. По распоряжению это строительство храма, но в рамках строительства храма людям предлагали 6,3 га благоустроить: детские площадки там, посадки — все это сделать. Людей храмоборцы обманывают. И на Ходынке была эта технология.

— А зачем это?

— Слушайте. Там были четыре федеральные партии: КПРФ, «Яблоко», ПАРНАС и Партия прогресса господина Навального. Там были группы, которые явно не дружат с РПЦ, то бишь сатанисты, активисты ЛГБТ-движений, активисты антифа. В один из первых дней «Торфянки» нам позвонили из Патриархии и сказали, что им пришел сигнал из силовых структур, будто туда едут 40 боевиков с травматами. Их там задержали, это можно поднять в прессе. А мы там стояли без оружия, без всего, в нас кидали, плевали — это к разговору, что мы якобы кого-то избивали. Мы стояли, потому что мы знаем, что это такие информационные войны. Мы прекрасно понимаем: та информационная буча, которая была поднята вокруг «Торфянки», поднята потому, что оператору нужен один кадр: как участник движения «Сорок сороков» наносит удар защитнику парка. Найдите мне такой кадр, хотя бы один, найдите. Там дежурили кучи телеоператоров. Придумали какие-то сакральные жертвы, какую-то девушку якобы избили ночью, кого-то еще… Ну детский сад! «Сорок сороков» не будет девушку никогда никакую избивать, это бред! Там вся история была срежиссирована, чисто по технологии разыграна, и драйвером ее, к сожалению, оказались депутаты КПРФ, потому что на них держалась вся легитимность протеста: они якобы проводили «встречи с депутатами». Чтобы понимать всю глубину атаки на «Сорок сороков»: в Москве восемь месяцев существовал палаточный лагерь. Вы можете себе представить, чтобы это никак не было связано ни с властями города, ни с префектурой — в городе, в котором все борются с «оранжевой революцией», с Майданом? Палаточный лагерь стоит восемь месяцев с нарушением всех законов, с плакатами, с флагами движения «За парк «Торфянка»» — и тишина. Ребята-силовики, которые туда приезжали, говорили: Андрей, мы сами православные, мы не понимаем, что здесь происходит. И я не понимаю, что там происходило. Нет, я где-то догадывался, что православная активность как бы не устраивала определенные силы и во властных структурах. У нас властные структуры тоже неоднородные. «Торфянка» окутана сплошной ложью. Мы-то находились в гуще, все отслеживали. Понятно, что история, когда выходит куча людей, она не совсем для церкви, так скажем, презентабельна. И для федеральных властей это тоже не очень хорошо. Поэтому федеральными каналами была выбрана позиция молчания. У нас были запросы на интервью от всех иностранных телекомпаний, «Франс Пресс», Би-би-си, CNN, «Аль-Джазира» — все, какие были… Эти люди и либеральные СМИ формировали информационное поле: якобы происходит захват парка, «Сорок сороков» избивают защитников, РПЦ неправильно провела выделение участка и все остальное. Был парадокс: на запрос о «Торфянке» в самые жаркие дни выходили в «Яндекс.Новостях» на первом месте «Газета.Ру», на втором — «Лента.ру», а на третьем — группа «Сорока сороков» «ВКонтакте»: люди хотели альтернативную точку узнать, но не могли нигде, кроме как в группе движения.

— А чем в итоге закончилось все в «Торфянке»?

— Префектура, когда стало уж совсем жарко и она поняла, что «Сорок сороков» оттуда не уйдут, быстро построила храм недалеко, по временной схеме. Как они его там заканчивать будут — я не знаю. Мы пока стоим на «Торфянке». Проект должен быть, вернее, как говорят, он уже есть, храма на 500 человек в хорошем месте. Если там начнется строительство и нам церковь скажет уйти с «Торфянки» — мы как бы оттуда уйдем.

— А вообще вы считаете, что нужна городу эта программа «200 храмов»?

— Безусловно. Все храмы заполнены, посмотрите. Опять информационная война: они приезжают, допустим, в будний день, снимут — действительно, никого нет: «Никому эти храмы не нужны». А вы придите в воскресный день, в праздник, посмотрите: все храмы забиты. Мы на Ходынке, когда начинали, такая же была истерика: «Да кому этот храм нужен! Этих храмов полно!» Вот святейший освящал 22 октября — полный храм, а он огромный! И так по всем районам происходит.

— Два месяца назад депутаты Госдумы Оксана Пушкина и Ирина Роднина направили запрос в ФСБ и МВД с просьбой проверить вашу организацию на предмет экстремизма. Как вы к этому относитесь?

— Это немножко та же рожа, только в профиль. Это второй острый момент — он уже связан с «Матильдой». Как господин Рашкин на «Торфянке», там тоже участвовал, и господин Добрынин, адвокат господина Учителя. Это тоже уникальный случай — к разговору о демонизации «Сорока сороков». Когда поджигают офис Учителя в Санкт-Петербурге, мы выходим с инициативой предоставить Учителю охрану и приглашаем его на чаепитие, чтобы все обсудить.

Мы не собираемся жечь книги, кинотеатры, мы изначально заявляли, что мы против этого, мы вообще не знаем, откуда взялось это «Христианское государство».

Очень попахивает такой же заказухой, как эти 6,3 га на «Торфянке». Наш координатор едет в офис адвоката Учителя и привозит ему официальное письмо от движения с приглашением на чаепитие. Это происходит в четверг. По-моему, в понедельник сжигают эти машины (у офиса юридической фирмы.— “Ъ”), а в прессе выходит сообщение Добрынина, что мы передали приглашение и он подозревает нас. И после этого идет этот запрос об экстремизме, и опять нас через запятую связывают с «Христианским государством». Нам четыре митинга не согласовали в Москве, шесть массовых пикетов по «Матильде», с нарушением всяких законов и 31-й статьи Конституции. Но мы понимали, что должны действовать в рамках закона. Стою всегда на этом принципе — что православные не должны давать повода. Вот этот запрос, он родом оттуда, но пока нас и по этому запросу никуда не вызывали.

— А почему тогда вы в суд не подаете, когда вас обвиняют в экстремизме?

— Мы пытались, разговаривали с юристами. Они говорят, что иски по защите чести и достоинства очень сложно выиграть. Кроме того, это могут быть только частные иски: мы, как общественное движение, имеем право существовать, не регистрируясь в Минюсте. У нас не было задачи регистрироваться — регистрируются те общественные организации, которые ведут финансовую деятельность, а мы финансовой деятельностью не занимались.

— Есть ли у вас планы регистрации партии с опорой на региональные представительства?

— Нет, пока партстроительством заниматься абсолютно не хочется. У нас в движение входят разные люди: и политики, и бизнесмены, и спортсмены, и архитекторы, и художники, и стоматологи.

Мы им говорим: хотите заниматься политикой — занимайтесь, вопросов нет. Но вы должны знать, что для движения «Сорок сороков» Иисус Христос на первом месте и если вы эту заповедь нарушаете, автоматически вы больше не можете быть участником.

Если для вас, допустим, партийные интересы выше евангельских заповедей — ничего страшного в этом нет, это выбор каждого человека. Любая политика предполагает, что ты должен идти на компромиссы, поступаться какими-то ценностями, наоборот, навязывать другим какое-то свое радикальное видение. Я считаю, что участником «Сорок сороков» может быть участник любой партии вплоть до «Яблока», если он честный человек, если он видит свою жизнь со Христом и если он свою деятельность ведет согласно Евангелию. Но пока у нас были только столкновения с партией «Яблоко». Наши региональные отделения про другое: они нужны для всевозможных православных инициатив — например, мы сейчас начинаем проект «Схватка». Это борьба против абортов: пусть лучше женщины испытывают схватки, чем убивают дитя внутри своей утробы. Такие проекты легче реализовывать, когда у тебя региональная сеть: есть возможности для законотворческой инициативы в той или иной области. Сбор подписей лучше вести на всей территории России: это более убедительно.

«Мы шесть Самар ежегодно под нож отправляем»

— “Ъ” периодически пишет об инициативах церкви, направленных на запрет абортов. Повестка и смысл аргументов ясны. Но любой, кто изучал, например, уголовное право, знает, что, когда в Советском Союзе в определенный период существовал запрет абортов, это давало рост статистики криминальных абортов и, соответственно, женской смертности. Это неизбежные следствия. У вас есть, что возразить?

— Если мы в Конституции, что естественно абсолютно, в качестве момента начала жизни человека определим зачатие, а не рождение… У вас есть дети?

— Есть.

— Ребенок, который находится в утробе жены,— это живой ребенок или нет? Вы понимаете, что аборт — это убийство.

— Существуют аборты по медицинским показаниям. Существуют социальные обстоятельства.

— Про социальные обстоятельства — это отдельная вообще история. Да, есть медицинские показания, есть зачатия в результате насильственных действий и так далее и тому подобное.

— И куда вы все это денете при запрете?

— Давайте жизнь строить по-честному. Почему мы лукавим и, чтобы узаконить аборты, признаем жизнь человека с момента рождения? То есть, пока он в утробе, он потенциальный труп или он потенциальный нечеловек. Давайте вместо этого определим, что жизнь ребенка начинается с момента зачатия, и дальше начнем строить процесс как российское общество. Потому что сейчас оно вымирает. К 2035 году оно в том виде, в котором мы привыкли, перестанет существовать при той демографической яме, которая сейчас, при том коэффициенте рождаемости, который сейчас. Если мы наши демографические пробелы начнем заполнять миграционными потоками, как сейчас, то Россия в том виде, в котором нам ее оставляли тысячелетиями наши предки, перестанет существовать. Мы по 6 млн в год убиваем своих детей. Вернемся к криминальным абортам: если мы определяем, что жизнь человека начинается с момента зачатия — давайте дальше думать, давайте введем мораторий, допустим, на три года и за три года выработаем как общество положение, при котором мы позволим ребенку появиться на свет.

— Мораторий на аборты по медицинским показаниям?

— Давайте обсудим этот вопрос, давайте послушаем специалистов, давайте соберем конференцию.

— Все дело в том, что если мы станем считать, что человек — субъект права с момента зачатия, то получится, что врачи, которые делают аборты по медицинским показаниям, спасая таким образом жизнь женщины, окажутся преступниками — вот и все.

— Давайте обсудим, давайте вместе выработаем это. Почему мы даже не хотим на эту тему говорить, почему мы сразу убираем эту тему из повестки? Мораторий я имею в виду на введение запрета: допустим, сейчас ввели запрет абортов с 2021 года и у нас есть три года на то, чтобы выработать законодательную базу. Я, например, верю очень свято в то, что общественные организации, такие как «Сорок сороков», вместе с РПЦ могут создать какой-то фонд, который бы мог сказать любой женщине: если ты не рожаешь ребенка по социальным показателям, роди и отдай его нам, но не убивай. С медицинскими показаниями давайте специалистов пригласим, давайте с ними поговорим. За фразой о медицинских показаниях легко прячутся эти господа, которые считают, что они пойдут направо и налево походят, потом пошли почистились, пошли еще погуляли — понимаете, вот о чем идет речь.

— Вы не понимаете, что аборт по медицинским показаниям — это такая трагедия, что большинству людей в голову не придет ее использовать для какого-то прикрытия?

— А вот они прикрываются, конечно, прикрываются. Есть люди, которые хотят, чтобы аборты дальше миллионами делались у нас в стране. Они скажут: я сделала аборт, то есть убила ребенка, потому что у меня один есть, а для второго я не смогу создать такого же уровня жизни. Поэтому она взяла и убила второго ребенка. Нам часто говорят: а что вы будете делать с теми, у кого медицинские показания, с теми, кого изнасиловали? Ну давайте сядем, договоримся, ведь их в проценте общих абортов единицы, если не десятые доли процентов, мы о них договоримся. Я думаю, что можно будет по медицинским показаниям. Но надо человеку предоставить право выбора.

Координатор движения «Сорок сороков» Андрей Кормухин Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ

— А оно у него и так есть. Оно у него не отнято сейчас, право выбора. А если есть медицинские показания к аборту, значит, выбора не осталось.

— Слушайте, почему вы женщину лишаете права выбрать судьбу своего ребенка? Вот мы опять говорим о светском демократическом обществе. Я знаю кучу примеров, я сам лично точно такой пример — не я, моя супруга: я с ней был рядом, когда нам господа в женских консультациях начиная с третьего ребенка говорили, что, если вы родите ребенка, он будет уродом, надо делать аборт, а родились девять здоровых детей.

— Есть другие обстоятельства. Существует неспособность выносить и целый ряд других трагических диагнозов.

— Я понимаю это. Но почему мы, как православные христиане, не имеем права надеяться на Божий промысел? Сколько случаев — миллион, когда врачи говорили, что человек бесплоден, а приходили к поясу Богородицы, к дарам волхвов, к целителю Николаю Чудотворцу и забеременели. То же и с медицинскими показаниям: почему вы женщину лишаете права принять решение?

— Зачем что-то менять, если у нее и так есть этот выбор?

— Да потому что за этим маленьким количеством процентов прячутся те, которые делают 6 млн абортов в год, убивают детей только потому, что ведут аморальный образ жизни, потому что считают, что они имеют право ходить направо-налево, а потом убивать детей своих. Нет, я с вами согласен, это важная проблема с медицинскими показаниями — давайте ее обсудим, выведем в отдельную историю, уберем запрет абортов по медицинским показаниям, рассмотрим их отдельным законом.

— Почему вы считаете, что нужен законодательный запрет, когда и у вас, и у церкви есть все возможности вести, например, воспитательную работу, чтобы люди без необходимости не принимали решение об аборте?

— Это очень легко сказать. Мы опять возвращаемся к тому, что, как только церковь предлагала пойти в школу и вести там работу, ей тут же говорят: куда пошла — сиди у себя в ограде, у нас светское демократическое государство, поэтому сиди там и проповедуй, вот придут к тебе люди, вот ты им и расскажешь. Кто-то предложил церкви вести работу с теми людьми, которые приходят на исповедь. А много людей на исповедь в храм придут, которые аборты собираются делать? Ведь это же убийство, почему мы как общество молчим об этом, почему мы стыдливо отворачиваемся, не хотим на эту тему говорить, притом что мы умираем как народ?

— Запрет абортов остановит умирание?

— Это 6 млн в год. Мы шесть Самар или шесть Нижних Новгородов ежегодно под нож отправляем. Конечно, 6 млн не родятся при запрете — я понимаю: женщины станут более избирательны, кто-то контрацептивы будет употреблять.

— А вы представляете, сколько жизней мы потеряем на криминальных абортах?

— Да не будет криминальных абортов. Но они и сейчас есть, когда все разрешено. А государство должно принимать иногда решения жесткие ради того, чтобы самосохраниться. Аборты убивают государство — не только детей, которые умирают в абортариях, но и морально: государство узаконивает этот конвейер, когда человек знает, что он может спокойно убить своего ребенка в своей утробе.

«Николай II был тем государем, который начал осуществлять ГОЭЛРО»

— «Матильда» вышла в прокат, несмотря на протест ваших единомышленников. Даже возникло ощущение, что православная общественность поспособствовала раскрутке фильма.

— Даже либеральные, не замеченные ни в каких симпатиях к православию кинокритики говорят, что православные доказали существование черного пиара: народ на фильм не пошел — раз, фильм не будет показан на телеэкранах — два. Рекламы этого фильма на телевидении не было никакой. Народ наш оказался мудрее, чем кликуши, которые говорили православным, что вы делаете фильму пиар, и просто не пошел на этот фильм.

Мы изначально говорили людям: фильм — дерьмо. Нам говорили: как вы можете рассуждать о фильме, если вы его не смотрели?

Простите, сценарий был опубликован в интернете, его можно было почитать, кто очень хотел. Были трейлеры, в которых государь император, русский мужик, роняет бинокль при виде голой груди балерины — это вообще можно представить?

— Вы довольны достигнутым эффектом?

— Безусловно. Во-первых, народ не пошел на этот фильм. А во-вторых, люди узнали больше правды про Николая II. На фоне такой откровенной лжи, что якобы император из постели в постель бегал, а царица Александра спиритическими сеансами занималась, люди стали выяснять, кто был на самом деле Николай II. А Николай II был тем государем, который начал осуществлять ГОЭЛРО, который Транссиб построил, по которому из Сибири были переброшены войска в 1941 году, что позволило Москву отстоять. Люди стали узнавать правду: оказывается, это не кровавый Николай II, оказывается, при царствовании Николая II население России выросло на 50 млн — это те самые 50 млн, которые мы прожирали весь XX век и, слава богу, сохранились. Не было бы этих 50 млн, не было бы никакой великой Победы в 1945 году, потому что в Великой Отечественной войне как раз воевали те, кто родился в период царствования Николая II.

— Как вы оцениваете события столетней давности?

— Я не скрываю, что очень уважаю советское прошлое. Я рожден и воспитан в Советском Союзе — все моральные принципы, ценности, границы были заложены моими родителями, моей семьей, школой, которые из Советского Союза. Но, прожив все свои годы, я понимаю, что для меня, конечно, 1917 год плавно трансформировался из Великой октябрьской социалистической революции в переворот. Который на тот период был необходим, к сожалению, потому что революция началась не в октябре 1917 года, а в феврале.

И для меня белые предатели более омерзительны, чем откровенные враги Христа и православия коммунисты, которые не скрывали своей вражды и не скрывали, что они будут убивать.

Это честная позиция: на войне как на войне. А вот те предатели, которые пели осанну царю Николаю, «ели с его руки», а потом его предали и ввергли страну в хаос, который привел в итоге к октябрьскому перевороту, они вызывают у меня большее омерзение, чем большевики. Конечно, в рамках всего мира революция или переворот 1917 года, наверное, самое значительное событие XX века: оно дало миру новый строй, новое понимание цивилизации. Но там не было Бога, и эта новая цивилизация трансформировалась, без Бога не смогла существовать. Ведь изначально адепты большевизма ставили перед собой задачу перманентной революции, для них Россия была просто стартовой площадкой, русский народ был для них разменной монетой. Но народ был богоносец. Постепенно возникла тема с построением социализма в отдельно взятой стране, которую успешно реализовал Сталин. Да, русскому народу это стоило миллионов жизней, тем не менее именно православие, именно вот та самая сила духовно-нравственных ценностей позволили Сталину реализовать эту концепцию. Советский Союз развалился, когда к власти ЦК, в Политбюро пришли те, кто был воспитан уже в атеистических семьях. А та старая партноменклатура, которая выросла в православных семьях, которая получила вот этот вот заряд церковный, родительский и основы вот этих евангельских заповедей, она как раз выстроила социализм в отдельно взятой стране.

— Вы сами сказали, что это стоило миллионов жизней.

— Давайте мы будем рассматривать партноменклатуру в качестве убийц. А вообще, элита смогла реализовать (социализм.— “Ъ”) только потому, что народ был такой, который позволил ей это реализовать, потому что не крал народ, не убивал, не прелюбодействовал, потому что он любил Родину. Любая элита хочет самосохраниться. Когда Сталин почувствовал, что в мировой революции ему ловить нечего, он начал искать форму, которая позволила бы сохраниться ему и тем людям, которые окружали его, и он реализовал эту историю, обратившись к народу: «Братья и сестры!» Он открыл в 1943 году храмы. Вся элита Красной армии, воспитанная политруками, пламенными речами о мировой революции, полегла в первые месяцы войны, и вытаскивали нашу страну православные. Мы до сих пор откапываем наших падших воинов, у которых советские награды соседствуют с нательным крестиком. Только благодаря тому, что народ был православный, это удалось. А как только народ православный к 1980-м, 1990-м годам исчез, в партноменклатуру пришли ребята из атеистических семей, стали грабить, убивать, прелюбодействовать, легализовывать свои капиталы. Вот и все. Поэтому, безусловно, 1917 год — это переворот и русская трагедия. Но куда это выведет нас как народ, как нацию — для меня сложно понять. Мы сейчас на пороге, на сломе эпох: наступает цифровая революция, цифровая экономика.

Если у человека изымут понятие о Боге, о божественном происхождении, если для человека святыми станут общество потребления, права сексуальных меньшинств, клонов и искусственного интеллекта, то в итоге человечество перестанет существовать.

Потому что в гонке прибыли и интересов для элитных групп человек обыкновенный гораздо более конкурентно невыгоден, чем робот, который не болеет, который не капризничает, не создает профсоюзов. А Россия весь XX век шла к тому, чтобы сейчас иметь возможность стать тем самым государством, которое божественную историю человечества может сохранить и может сохранить человечность как таковую.

«У нас были диалоги с представителями силовых структур, что греха таить»

— Представители вашего движения общаются с представителями силовых структур и других структур исполнительной власти?

— С администрацией президента у меня лично были контакты два раза. Первый раз я пытался донести до администрации президента опасность, которую таит в себе неоязычество — мы с этим стали сталкиваться, в том числе находясь в Киеве в самый разгар Майдана. Мы туда привезли дары волхвов, которые до этого были в Москве, были там с 24 января по 1 февраля 2014 года, а там самая горячая фаза началась 19 февраля. Когда мы шли в Киево-Печерскую лавру, они нам шли навстречу с этими щитами, с черенками на Майдан. Мы друг на друга смотрели. Второй раз я разговаривал по поводу «Матильды», когда пошла вся эта история с «Христианским государством». Представляете, если бы я имел судимость и возглавлял «Сорок сороков», сколько бы эта организация просуществовала и каким бы я шлейфом потом всех людей, которые за нами пошли и поверили, наградил. Я не верю, что эта организация имеет отношение к православию. Когда нас стали упоминать через запятую с этим «Христианским государством», пошли эти запросы, мы не пытались оправдаться, мы просто хотим защитить православие от спланированной атаки — мол, вот жупел православного экстремизма. Православный не может быть экстремистом. Я не могу себе позволить бросить бутылку с зажигательной смесью в здание, если я предполагаю, что там может находиться человек, потому что я потом перед Богом отвечу за то, что я убил человека, пусть несознательно. И вот я эту историю пытался донести и хотел найти понимание, почему Навальному можно против ограничений интернета митинги устраивать и всем митинги можно устраивать, кроме православных. Мы просили согласовать четыре митинга и шесть пикетов против «Матильды» в любом месте города Москвы, хоть в Бутово. Нам отказали, хотя у нас есть 31-я статья Конституции.

— То есть никого патронажа?

— Мы для них странные. Потому что разные легенды ходят про нас: якобы мы безбашенные и неуправляемые. А мы и башенные, и управляемые, только надо с нами договариваться. Мы не можем торговать Христом, мы не будем движением «Наше», мы не будем «Молодой гвардией». Даже есть легенда, что мы якобы получаем финансирование из-за рубежа, потому что для людей в элитных группах нонсенс, что общественная организация не получает денег ни от администрации президента, ни от олигархов, ни от патриархии. Они не понимают, откуда у движения деньги и почему оно растет.

— А откуда деньги?

— А их нет. За все время существования «Сорок сороков» не могли позволить ни одного человека нанять за зарплату: у нас нет возможности. И сейчас нет. Сейчас, после четырех лет существования организации, мы понимаем, что уже уперлись в определенную рамку: наша региональная сеть растет, мы можем какие-то вещи системные делать, какие-то смыслы доносить, у нас людей стало много, появляется какой-то определенный потенциал. Может, мы в следующем году примем решение регистрироваться, взносы собирать и все остальное.

Нам без финансирования уже как бы сложновато, но мы не хотели брать финансирование у администрации президента.

Либо мы можем с администрацией президента договориться реализовывать какой-то проект. Мы говорим: ребят, многие раздражены от того, что у нас смыслы и ценности транслируются правильные, а за спиной у нас творится фиг поймет чего — это к разговору и о коррупции, это к разговору и о всевозможных развратах и всем остальном, что происходит. И тут появляется организация, которая мало того, что транслирует эти ценности, она еще является носителем этих ценностей. На нашем фоне многие из тех, которые раньше были так называемыми православными, в итоге оказываются королями голыми. Естественно, это тоже раздражает. У нас были диалоги с представителями силовых структур, что греха таить. Понятно, что мы на пике — они хотят знать, кто мы, а мы в принципе не скрываем. Они говорили, что мы должны идти в правовом формате. Мы и идем в правовом формате. Они говорят: вот вы должны, как государство захочет, так себя и вести. Сказано было — «в фарватере государственных задач». Я говорю: нас в принципе много чего не устраивает, но сегодняшнее государство, по крайней мере, с его фасадными ценностями, нас устраивает. Мы можем в этой ситуации вместе с государством реализовывать проекты. Скажем, если администрация президента инициирует какой-то проект помощи инвалидам и предложит нам участвовать — давайте сядем, поговорим. Мы готовы участвовать в этом проекте. Но если завтра у государства изменятся какие-то представления о мироустройстве и оно скажет: «Сорок сороков», вот у нас проект, мы хотим провести в Москве самый лучший, самый массовый гей-парад, а вы встаньте в охрану, поучаствуйте в этом. Тогда мы скажем: нет, ребята, вот здесь стоп — есть вещи, на которые мы никогда не пойдем.

— Вы говорите, что пытались донести до администрации некоторые соображения. Обычный человек едва ли может позвонить куда-то, кроме приемной администрации. У вас там на каком уровне контакт?

— Мы же организация, которая в том числе участвует в патриарших службах. И какие-то контакты у нас происходят: мы общаемся с людьми из администрации президента. Я не буду называть фамилии, но контакты эти есть. Но пока понимания нет, мы не напрашиваемся. Если они нам предложат проект, мы тоже будем думать, и если у нас точки зрения совпадут, мы не будем против. Но Христом мы поступаться не будем.

— Как вы оцениваете риск признания вашей организации экстремистской?

— Одна из любимых поговорок в народе: «От сумы и от тюрьмы не зарекайся». Мы стараемся быть честными и не знаем, что и как может измениться.

Может быть, государство сочтет нас опасными для цифровой экономики, может, сочтет нас опасными из-за идеи запрета абортов и примет решение, что «Сорок сороков» нужно зачистить.

Ну, значит, с государством мы бороться не собираемся: мы государственники, а государство имеет право на то, чтобы защищать свои интересы. Если оно сочтет «Сорок сороков» опасными, нас могут признать экстремистами. Какие последствия будут — я не знаю, мы готовы ко всему, ведь свой последний ответ мы будем держать не перед государством и не перед тюремщиком, если нас посадят в тюрьмы, а перед Господом Богом.

Беседовали Павел Коробов и Иван Сухов

Источник: Коммерсантъ

soroksorokov.ru


Смотрите также